От «Соланина» до «Паразита»: интервью с российским издательством сэйнэн-манги Alt Graph

Борис Александров рассказал Crunchyroll о том, каково это — издавать взрослую мангу в России

Артемий Котов

 

Стыдно признаться, но я не так давно начал покупать мангу. Читать — да, коллекционировать — нет. Всё изменилось, когда я влюбился в творчество Дзиро Мацумото. Его «Дикая планета» стала первой мангой на моей книжной полке. К ней присоединился сборник «День революционера». Вскоре под мангу пришлось выделить отдельную просторную полку. Бесконечно самобытный, невыносимо жестокий и провокационный автор, Дзиро широко известен в крайне узких кругах. Мне до сих пор кажется чудом, что его работы удостоились профессионального перевода и качественного издания, которое можно подарить лучшему другу.

 

Небольшое издательство Alt Graph творит подобные чудеса уже без малого десять лет. Их логотип можно встретить на веренице классических и нишевых тайтлов, которые в последнюю очередь ожидаешь увидеть в российском книжном магазине. Они издают сэйнэн — мангу для взрослой аудитории.

 

В декабре прошла ежегодная ярмарка интеллектуальной литературы Non/fiction. Впервые в истории ярмарки появился раздел «Комиксы», где я смог пополнить коллекцию манги и пообщаться с Борисом Александровым, менеджером по продажам Alt Graph.

 

 

Вы работаете в Alt Graph с самого начала?


Борис Александров: Да. Я  один из трёх основателей.

 

А сейчас у вас сколько человек в команде?


Борис Александров: Три человека и фрилансеры. Большую часть работы мы сами делаем. А с переводчиками каждый раз заключаем новый договор. Нас называют «Брянское издательство» только потому, что один из нас родился в Брянске. На самом деле, мы не привязаны к какому-то конкретному городу. Склад находится в Санкт-Петербурге, типография  в Екатеринбурге, живём мы все в разных местах и даже ни разу все вместе не собирались. Первые несколько лет вообще не виделись друг с другом, даже когда у нас появились «серьёзные деньги».


Можете рассказать, как вы решили основать издательство?


Борис Александров: Хотели «Соланин» издать (смеётся). Очень сильно хотели его напечатать, но дело затянулось. Аж на семь лет. Или на восемь?


«Соланин» стал первой успешной мангой Инио Асано, автора «Спокойной ночи, Пунпун».


А начинали вы как сканлейтеры?


Борис Александров: Да. Я вообще не могу себе представить человека, который издаёт мангу, но никогда не занимался сканлейтом. Так мы и познакомились. Потому что все любили сэйнэн. Альтернативная манга, всё такое. А потом пришли к тому, что надо это дело печатать.


А можете поделиться названием сканлейтерской группы?


Борис Александров: У каждого своя была. А уже потом решили объединиться, и сейчас у нас одна команда.


Как вы выбираете мангу, которую будете издавать?


Борис Александров: Мы втроём собираемся и жёстко спорим (смеётся). Обычно мнения совпадают. Например, «Соланин». Бывает, что правда спорим. Иногда о том, насколько хороша та или иная манга. Но чаще  о том, будет ли она продаваться или повиснет на складе мёртвым грузом. Я придерживаюсь мнения, что даже если манга классная и стоит того, нельзя закрывать глаза на риск, что она просто не найдёт своего читателя. Например, будет слишком дорогая. Или потому что люди автора вообще не знают и стоит подождать с ним. Мне не нравится, когда книжки на складе лежат. Грустно это. Например, «Дикая планета» Дзиро Мацумото в 2015 году вышла тиражом 2000 экземпляров и очень-очень медленно продавалась. Но сейчас уже почти закончилась. Я рад, что она нашла своего читателя. Иногда нам кажется, что некоторые книги в макулатуру придётся отвозить или раздавать. А ведь хочется, чтобы эти тысяча или две тысячи экземпляров хотя бы за два года разошлись.


«Дикая планета» стоит особняком в творчестве автора. Это кошмарная история трёх друзей, выживающих в оккупированном городе.


Выходит, у вас продажи манги со временем лишь растут?


Борис Александров: Потому что мы новых авторов открываем. Например, Сигэру Мидзуки. За пределами России все его знают. В Японии он вообще как Миядзаки. А у нас — «кто это такой?» Ни «Гоготуна Китаро», ни ёкаев не знают толком. Это автор, который заслуживает гораздо больших тиражей. Сейчас люди уже лучше с ним знакомы, поэтому продажи растут. Это удивительно, потому что обычно когда ты выпускаешь новинку, выходит как: сначала ты отгрузил половину тиража, всё круто. А потом по чуть-чуть, пока оно не кончится. А с Мидзуки наоборот: сначала мы ничего не отгрузили, а теперь внимание к нему растёт.


Можете рассказать, во сколько в среднем обходится один том манги?


Борис Александров: Всё слишком относительно. Если мы говорим о книге, которая точно будет хорошо продаваться, то печатаем большой тираж, и себестоимость меньше выходит. Мы можем цену снизить, поэтому расходы на лицензию делятся на большее количество книг. А если говорим о том же Сигэру Мидзуки, у которого очень дорогая лицензия… тот же «Дан приказ умереть». Мы по «Бабушке Ноннон» поняли, что большой тираж не подходит, нужно не три тысячи, а две. Значит, лицензия на каждый том дороже выйдет, а с ней и себестоимость. Это — одна из причин, почему мы сейчас больше издаём на твёрдом переплёте. Просто не можем делать дешёвую мангу. Чтобы печатать дешёвое издание в мягкой обложке, нужен большой тираж. Вот мы и выступаем в таком сегменте. Твёрдый переплёт, цены чуть выше, чем у конкурентов. Издание коллекционное.

 

 Фото: @bookoman_club

 

К слову о том, как мы выбираем книжки. Поначалу люди вообще не понимали, что мы издаём. А теперь мы нащупали несколько направлений.


Первое направление — это «Босоногий Гэн» и ему подобные работы. Накадзава, Мидзуки, теперь и Фумиё Коно. В общем, «разумное, доброе, вечное». Автобиографии, серьёзные истории. Вещи, которые толком не продаются в аниме-магазинах, куда приходят за условным «Наруто». Многие вообще думают, что тот же «Босоногий Гэн» нам стоил больших усилий. На самом деле, он отлично продавался. Мы хорошо на нём заработали и купили новую лицензию. В какой-то момент уже думали закрываться, но именно «Гэн» нам помог. Мы издали его, а он выручил нас.


«Босоногий Гэн» — история ребёнка, пережившего бомбардировку Хиросимы. Все события манги отражают либо собственные воспоминания автора о пережитом кошмаре, либо рассказы других выживших.


Второе направление — это то, что нравится нам. Дзиро Мацумото, Хироаки Самура... словом, всякая жесть. Это мы тоже хотим продолжать. Недавно как раз спорили по этому поводу. О том, что такой-то автор не будет продаваться, но мы всё равно хотим его издавать, ведь это — наше любимое. В первую очередь, мы хотим дальше издавать и Мацумото, и Самуру. Нам просто не нравится делать анонс, после которого книгу ещё год надо ждать. Люди пишут, потом расстраиваются, обижаются. Предпочитаем сообщать, когда книга уже в типографии.


Значит, у Дзиро Мацумото появятся новые тайтлы?


Борис Александров: Скажу так. По Дзиро Мацумото я — самый большой фанат. 


Пользуясь случаем, хочу поблагодарить вас от всего сердца. Это мой любимый мангака.


Борис Александров: На этих тайтлах мы выросли, поэтому издавать не перестанем. 


 

Третье направление — это вещи вроде «Странников» Макото Юкимуры и «Паразита» Хитоси Ивааки. Не могу сказать, что это попса, но достаточно популярные вещи. Эдакие блокбастеры. Мне, например, за них не стыдно. Я очень часто читаю книги, когда их уже редактирую. Вот с «Паразитом» я вообще был практически незнаком. А когда уже начал работать над ним, то понял, что самому читать интересно. Мне кажется, это вполне серьёзное произведение. Зачастую в мангу пытаются внести философскую подоплёку, но на таком детском уровне, что уже ждёшь, когда автор вернётся наконец к экшену. А в «Паразите» следить за ходом мысли правда интересно. Я, например, не знаю, кто там прав, а кто — виноват. Кого назвать монстрами: людей или пришельцев. Это здорово, когда в истории нет чёрно-белой морали. Именно такие «блокбастеры» мы и будем выпускать в дальнейшем. 

 
 

Вопрос о многотомных изданиях. Такая честь ждёт только популярные тайтлы? Или более нишевые работы тоже рассматриваются? «Клинок бессмертного» Хироаки Самуры, например?


Борис Александров: А это разве нишевая манга? (смеётся). У него есть все шансы.

 

Вы не думали о краудфандинге? Аудитория сэйнэн-манги не очень большая, но весьма благодарная.


Борис Александров: Да, просто есть плохие примеры с краудфандингом. Не хотелось бы стать одним из них. Ну, знаете: люди деньги скинули, ничего не вышло, теперь надо им всё вернуть. А так-то идея хорошая. Во-первых, нужно всё грамотно продумать. Во-вторых, нужен маркетинг. Нужно хорошо это подать. А у нас с маркетингом не очень, потому что некому им заниматься. Мы сами между делом что-нибудь придумываем. А задача ведь какая: предложить людям собраться на условный однотомник Дзиро Мацумото. Не очень много нужно денег, на самом деле. Но даже чтобы этой цели достичь, нужно, во-первых, доверие. Люди должны видеть серьёзный настрой. Что если деньги будут собраны, книжка появится. Если мы запустим краудфандинг и соберём две тысячи рублей, будет очень грустно. Попробуем что-нибудь придумать. Как раз нужна поддержка активных читателей (смеётся). 


«Опус» Сатоси Кона — удивительная история о том, как разрушаются границы между миром мангаки и его творения. Автор не смог её закончить, но последние главы создают ощущение концептуальной целостности.


Можете назвать свою любимую мангу? 


Борис Александров: Лично у меня? Так, любимая манга Бориса Александрова из Alt Graph... «Соланин» Инио Асано. А из жести — «Дикая планета» Дзиро Мацумото. Есть ещё Тайё Мацумото. Анатолий (генеральный директор Alt Graph) у нас вообще фанат. Ещё «Ведьмы» Дайсукэ Игараси. Мне, кстати, нравятся истории не очень длинные. От одного до четырёх томов в среднем.


Когда-то давно, лет десять назад, для любителей сэйнэна на первом месте была манга «Блейм!» Цутому Нихэя. Был даже российский фансайт. Любители андеграунда и сэйнэна первым делом читали именно «Блейм!». Тогда для меня это был шок! Особенно когда читал под какую-нибудь индастриал-музыку. Тогда же я открыл для себя «Путевые заметки о поездке в Иокогаму за покупками» Хитоси Асинано. Эти тайтлы для меня как-то вместе шли. У них, как ни странно, много общего: ничего не происходит, кто-то куда-то идёт. Обе работы медитативные, только по атмосфере — две противоположности. «Иокогама» впечатлила меня тем, насколько можно сделать «не по правилам». Постапокалипсис, но повседневность (смеётся). Я был настолько удивлён! Казалось, в японской манге вообще нет границ. Потом я, конечно, ещё много интересного прочитал. Но это — самые яркие тайтлы из того периода, когда мы только начали. Наверное, ещё могу назвать мангу «Гот» Оцуити. Которую «Фабрика» издала.

 

А сейчас больше нравятся вещи из категории «разумное, доброе, вечное». Например, «Бабушка Ноннон» Сигэру Мидзуки. Когда я её прочитал, был безумно рад, что наконец появилась манга, которую можно дать маме и бабушке почитать. Вот «Дикую планету» не дашь (смеётся). Ну и Фумиё Коно как раз. Каких-то сто страниц. Но по силе — как пять омнибусов «Босоногого Гэна»


А кто решил выбрать именно эту мангу?


Борис Александров: Не я (смеётся). Я вообще не знал, кто это. Смотрю: какое-то сёдзе, судя по рисовке. Название длинное такое «Город, где вечером стихает ветер. Страна, где расцветает сакура». Как у яоя. Из разряда «В своих ладонях он держал весну» (смеётся). Ну, думаю, окей, Хиросима. Ладно. Потом ознакомлюсь. А когда добрался до неё, забросил все дела и выпал из реальности, потому что в этих ста страницах заложена такая мощь... я был просто в шоке. Такие книги опасно читать, если ты собрался работать или ещё что-то делать. Ничего не сможешь.


Возможно, вы уже знакомы с Фумиё Коно. В 2017 году вышло полнометражное аниме по другой её манге, «В этом уголке мира». Эти истории прекрасно дополняют друг друга: одна показывает саму бомбардировку, а вторая — её кошмарное эхо.

Формально вы указаны как менеджер по продажам. При этом, вы редактируете мангу...


Борис Александров: У нас нет большого штата, офиса и структуры, поэтому я занимаюсь продажами, редактирую текст, пишу аннотации. Последнее мне особенно нравится. Анатолий тоже редактирует. А так он занимается лицензиями, общается с переводчиками. В общем, гибкая у нас структура. Так и работаем уже где-то... десять лет почти.


Можете оценить, как за эти десять лет изменился рынок? Есть ли положительная динамика?


Борис Александров: Динамика? Да, мы пару раз собирались закрываться (смеётся). Но это не получалось сделать. И сейчас не собираемся. Но… это же Россия. Никто не может сказать, что будет завтра. Но мы работаем дальше. Сейчас интерес к манге растёт, и мы на этой волне продвигаем то, что нам нравится. А сколько это продлится, я не могу сказать. Пару раз уже всё рухнуло. Как раз когда мы начали, нам ещё говорили: «Зачем вы открываетесь? Вы чего? Все закрываются! Нашли время...» (смеётся) Это была первая реакция на наше появление на рынке. В общем, мы готовы ко всему. Если что, перейдём в партизаны (смеётся). 


Помимо сэйнэн-манги и гэкига, Alt Graph издаёт западные и российские комиксы для соответствующей целевой аудитории.


Какие тайтлы Alt Graph сейчас самые популярные?


Борис Александров: Можно определить по «допечаткам» тиража. «Опус» Сатоси Кона допечатывали, «Странников». «Паразит» ещё не успел кончиться, а там видно будет. Пока непонятно, как «Серафим 266613336 крыльев» продаётся. Поначалу не так тепло его встретили, как «Опус», а ведь это тоже Сатоси Кон, да ещё и на пару с Мамору Осии... А наши блокбастеры, «Паразит» и «Странники», оправдали себя. Разве что, мы заметили, насколько большая конкуренция на рынке. Всё время выходит что-то новое. Если раньше выходила хитовая манга, она пару лет стабильно хорошо продавалась. А «Странники» год спустя пошли на спад. Видимо, потому что наши коллеги постоянно выпускают много нового. Возможно, поэтому сейчас издают сразу по несколько томов. Думаю, скоро дойдёт до того, что если в манге восемь томов — будут выпускать сразу восемь. Потому что через пару месяцев все про этот тайтл забудут. Мы пока только два тома печатаем за раз. На большее не осмелились.

 

«Странники» — один из ярчайших представителей твёрдой научной фантастики от манги. Повествует о рабочих буднях космических мусорщиков.

При этом, у вас ставка на качество. Это сразу заметно по бумаге и оформлению.


Борис Александров: А я и не знаю, как делать некачественно. Мы привыкли так работать. Не представляю, как у кого-то получается делать хуже… экономия? Так ведь все экономят. Куда сильнее-то? В общем, думаю, это надо постараться.


Кто-то из покупателей: Лучше не изучайте этот вопрос!


Борис Александров: Может быть, некоторым людям просто наплевать на свою работу. «В печать сдадим — и так купят». 


«Дан приказ умереть» Сигэру Мидзуки — правдивая и леденящая душу история о солдатах, посланных на бессмысленную суицидальную миссию.

Можете рассказать какой-нибудь интересный случай, связанный с вашей работой?


Борис Александров: Могу рассказать один. С Японцами очень трудно общаться. Не могу вдаваться подробности, но имя одного из авторов содержит букву «Т». И японцы всегда утверждают обложки. А на них, естественно, кириллица. Не знаю, как они вообще её разбирают, но видимо, разбирают. И они нам прислали вопрос: «Почему имя автора содержит разные буквы?» Видимо, они просто посчитали, что одна буква «Т» была прописная, как «M» английская. А вторая — просто «Т». И они спросили: «У вас что, ошибка в имени автора?» Пришлось упорно объяснять и доказывать. А так… ну, вот сегодня на фестивале было много людей, которые не знают, что такое комиксы, что такое манга и почему она читается справа налево. Много раз объяснял. Это здорово: видеть людей, которые только открывают для себя мангу. С этим связано много смешных курьёзов. Самое классное — когда мама приходит с ребёнком и ничего не понимает, а ребёнок её учит мангу читать. Думаешь: «Ну, здорово! Будущее поколение — за нами! За комиксами!» А то, знаете, некоторые к ним относятся негативно.


А что вы считаете самым сложным в своей работе?


Борис Александров: Выбрать правильную лицензию. Знаете, чтобы она «зашла». Чувствовать, что вызовет у людей интерес. Особенно если мы говорим про нового автора. То есть, если мы начали «Босоногого Гэна», почему бы не издать другие работы Накадзавы? А если мы выбираем для себя нового автора, вроде Фумиё Коно, иногда приходится поломать голову, чтобы тираж не лежал на складе. У наших более опытных коллег, наверное, есть какое-то чутьё. А для нас это эдакая рулетка. Наша ставка сделана на сэйнэн (смеётся). 


Сигэру Мидзуки вернул в японскую массовую культуру образ ёкаев. «Бабушка Ноннон» — рассказ о том, как юный Мидзуки сам узнал о мифических демонах.

К слову о сэйнэнах... как вам Урасава Наоки?


Борис Александров: Есть несколько хардкорных фанатов, которые его требуют. В Японии Урасава Наоки тоже считается легендой чуть ли не уровня Миядзаки. Суперсерьёзный автор. Естественно, такую лицензию нам дёшево не продадут. Значит, большие тиражи. Значит, большой риск, что книги будут лежать. Я Анатолию, своему коллеге, говорю, что постоянно Урасаву просят. Но что, если это одни и те же человек пять? Мне самому, конечно, хотелось бы издать что-нибудь из его работ.


А что в первую очередь?


Борис Александров: Готов на всё (смеётся). К слову о краудфандинге. Такого автора, как Урасава, краудфандить намного сложнее, чем того же Дзиро Мацумото. С последним речь идёт о тысяче экземпляров, и по предзаказу это без особых трудностей можно раскидать. К Наоки Урасаве нужно хорошо подготовиться.


Где люди больше всего любят покупать вашу мангу?


Борис Александров: По-разному, каналов много. Кстати, когда мы только начали издавать того же Дзиро Мацумото, с этим были проблемы. Комикс-магазины это не берут, потому что это манга. Для них манга — это вещи вроде «Наруто» и «Сэйлор Мун». А аниме-магазины это не берут, потому что это не «Наруто» и не «Сэйлор Мун», а жесть какая-то. Я объяснял комикс-магазинам, например «Чуку и Гику», что это должны продавать именно они, а не аниме-магазины. Потому что целевая аудитория ближе к ним. Поначалу было трудно. А сейчас уже немного распробовали. Теперь наши книжки продаются и в «Читай-городе», и на Ozon, и в специализированных магазинах. Отчасти это связано с тем, что, как мне сказали, у нас уже сформировался эдакий бренд. Люди уже знают, чего от нас ждать. И даже если выходит «Дневник моих исчезновений» Хидэо Адзумы в такой вот странной обложке, люди видят логотип Alt Graph и понимают: «Наверное, это не то, чем кажется на первый взгляд. Наверняка что-то хорошее». В общем, у нас уже есть репутация, и мы будем её поддерживать. Чтобы люди знали, чего от нас ждать.

 

Хидэо Адзума — «отец лоликона» и один из самых влиятельных авангардных авторов в истории манги. «Дневник моих исчезновений» — автобиографический рассказ о том, как Адзума решил пожить жизнью уличного бродяги.

Можете передать пару слов читателям Crunchyroll?


Борис Александров: Да, давайте общаться больше. Нам нравится обратная связь, любим получать отзывы. Это помогает нам работать, вдохновляет. Это всегда нас поддерживает. 




Читайте также:

Другие главные новости

5 Комментариев
Сортировать по: